При виде мисс Бэкстер он, казалось, несколько смутился, но затем воззрился на нее как заправский сердцеед.

— Не дама, костоправ. А очаровательная малютка, будь я проклят.

— Сэр Жервас, — сказал я, — вы предупреждены в последний раз.

— Подождите, Уотсон, — послышался спокойный голос Шерлока Холмса. — Вы должны простить сэра Жерваса Дарлингтона. Он, наверное, еще не оправился после посещения музея восковых фигур мадам Топин. Ведь это было всего три дня назад.

В наступившей тишине можно было услышать потрескивание угля в камине. Но наш гость был не из пугливых.

— Ты, я вижу, заправский скотленд-ярдовец! — усмехнулся он. — Кто тебе сказал, что я был у мадам Топин три дня назад?

— Никто. Но это ясно следует из фактов, которыми я располагаю. Такой визит выглядел вполне невинно, не так ли? Он не мог вызвать подозрения у тех, кто следил за вами. Например, у человека, нанятого известным любителем спорта сэром Филеасом Белчем. А он не хочет, чтобы вам удалось выиграть еще одно состояние, снова получив тайную информацию, как это произошло на дерби в прошлом году.

— Меня это не интересует!

— Неужели? А я уверен, что при ваших спортивных наклонностях вы должны интересоваться картами.

— Картами?

— Игральными картами, — невозмутимо пояснил Холмс, вынув несколько карт из кармана халата и развернув их веером. — Вот этими девятью картами.

— Что все это значит, черт возьми?

— Очень существенно, сэр Жервас, что случайный посетитель зала ужасов, проходя мимо сцены карточной игры, может увидеть карты в руке одной из восковых фигур. Для этого достаточно одного, вполне невинного взгляда.

Однажды ночью с этими картами была проделана странная манипуляция. Карты в руке «молодого джентльмена» остались нетронутыми. Об этом говорит пыль, которая их покрывает. Кто-то вынул несколько карт из руки так называемого «старого злодея», бросил их под стол, а потом добавил четыре карты не менее чем из двух новых колод.